В этом году у учёных и общественности появился интерес к картированию городских деревьев: пока одни занимаются учётом зелёных насаждений, другие пытаются определить самые ценные из них и сохранить. Однако как организовать мониторинг так, чтобы стало понятно состояние деревьев, чего им не хватает в городских условиях? Зелёный портал пообщался с австралийским экологом, ботаником и пермакультурным дизайнером Дэвидом Брауном, который на волонтёрских началах участвовал в картировании деревьев в Минске и поделился своими замечаниями и предложениями.

 

У себя на родине, в Австралии, Дэвид Браун занимается экологическими проектами, читает лекции, посещает экспериментальные территории, от дач до лесов. А экологическое образование получил в Университете Тасмании.

 

В Беларуси он бывал не раз. А в последний приезд летом 2016 года участвовал в картировании городских насаждений в Минске.

 

«Одна из улиц, которая больше всего нуждается в деревьях, — проспект Независимости. Вернувшись через год в Беларусь, я заметил, что деревьев там стало меньше, и это грустно. Не знаю другого города, который нуждался бы в деревьях так же сильно. А ведь я бывал в Канаде, США, России, Западной Европе, Великобритании, на Гавайях, в Новой Зеландии и Австралии», — сходу обращает внимание на проблемы в озеленении беларусской столицы далёкий гость.

 

Помимо Минска ему удалось побывать в Бресте, Гродно, Витебске, Мозыре, Ракове, Кобрине, Новогрудке и Солигорске. Как специалист по пермакультуре, Дэвид уверен: при картировании городских насаждений важны все внешние условия, начиная с пространства для роста деревьев до прошедших обрезок.

 

Цена деревьев в городе — 150 миллионов долларов

 

Картирование — не слишком верное название для процесса описания деревьев и условий их произрастания. Лучше говорить об определении ценности насаждения, считает Дэвид. В его родном городе Перт на западном побережье Австралии её измеряют в долларах, как для имущества: «Когда муниципалитет моего небольшого городского района (7 км2) делал денежную оценку и учёт материальных объектов, то на первое место поставил дороги и ливневые системы, потом деревья, а на третье — муниципальные здания. Денежная оценка деревьев выше, чем зданий, но из всех объектов её делают реже всего», — рассказывает Дэвид.

 

Стоимость деревьев 10 лет назад составила 102 миллиона австралийских долларов, или, с учётом инфляции, 150 миллионов долларов США. Эти внушительные цифры помогают людям, далёким от природоохраны, серьёзнее относиться к насаждениям.

 

В Беларуси с 2015 года существует немного схожий механизм оценки, но речь идёт об экосистемных услугах деревьев. Например, стоимость, вычисленная для части территории парка 50-летия Октября, равна примерно 1 млн долларов.

 

Пересадить взрослое дерево дешевле, чем срубить

 

Оценка не только влияет на мнение отдельных людей, но и может служить критерием для принятия решений, как показывает опыт Австралии. В одном из тамошних зоопарков примерно 20 лет назад животных хотели выпустить из маленьких клеток в большие вольеры. Но на территории произрастали громадные фиговые деревья, и у дирекции на выбор было две альтернативы: либо вырубить их, либо перенести.

 

Уничтожить деревья стоило 70 000 австралийских долларов за каждое (сейчас это примерно 100 000 долларов США). Пересадка обошлась дешевле, даже учитывая её сложность.

 

Процедура занимает примерно 18 месяцев: вокруг каждого дерева нужно выкопать большую траншею, отсекая большой ком земли. Внутри него формируются корни. Потом мягкий подъёмный механизм перемещает дерево на новое место, где его привязывают, чтобы не упало.

 

При посадке нужно учитывать изменение климата

 

Но, говоря об оценке, Дэвид имеет в виду не только деньги: помимо вырубки гибель деревьев провоцирует также изменение климата. Поэтому посадка должна учитывать этот фактор и быть адаптирована к новым внешним условиям. Ведь становится больше засушливых дней, и летом деревья недостаточно орошаются, а корневая система быстрее высыхает.

 

«Если бы ваше картирование отображало такие проблемы!.. Оно должно показывать дерево в полной связи с тем, что его окружает», — замечает австралийский эколог.

 

2

Дренажные канавы на Цнянке, которые мешают достаточному увлажнению деревьев

 

Пример неподходящей посадки — дерево между пешеходной дорогой и рекой, дождевая вода от которого будет стекать частично в речку, а частично её остановит дорожка.

 

3

Минск, ул. Куйбышева, 57. Из 12 деревьев 5 выглядят сухими. 27 июля 2016 года

 

Кипарис в Минске может пережить зиму

 

Австралиец рассказал, как удивился, узнав, что в беларусской столице растут кипарисы: «Когда я посетил Центральный ботанический сад [26 августа 2016 г.], то был поражён, увидев молодой болотный кипарис (Taxodium distichum) среди камышей рядом с прудом.

 

4

 

Я спросил, как он может перезимовать в холодном и суровом минском климате? Сотрудник Михаил ответил, что холода зимой стали менее суровы, и теперь кипарис может выжить на улице».

 

Как пересадить дерево из питомника, дав ему выжить

 

По мнению австралийца, учитывать новые условия нужно и при простой посадке деревьев из питомника.

 

«Там они растут близко друг к другу и высокие, так как вытягиваются в поиске света. В таком виде они слишком слабы для более суровых условий снаружи, и многие погибают», — отмечает Дэвид.

 

Он предполагает, что в Беларуси могла бы сработать его стратегия — удаление верхушки саженца, когда он посажен. Срез делается на расстоянии 40-60 сантиметров над землёй. После этой процедуры молодое дерево развивает густую крону, которая защищает его и землю под ним.

 

Обрезка — ещё одна проблемная область

 

«Обрезка деревьев является ещё одной проблемой и в Беларуси, и в Австралии, и везде, где я путешествовал», — говорит эколог.

 

По его словам, дереву можно продлить жизнь, удаляя сухие ветви и омертвевшие участки древесины. Однако зачастую эту деликатнейшую операцию проводят самым грубым образом:

 

«Многие деревья обрезают так, что остаётся только обрубок, — поясняет иностранный специалист. — Древесина обрубка обычно гниёт, и это позволяет болезнетворным микроорганизмам проникнуть вглубь ствола. В итоге замедляется заживление, которое должно было произойти с ростом новой коры».

 

По его мнению, для омолаживающей обрезки сухая ветвь должна удаляться целиком.

 

«Как правило, когда сучья удаляются естественным образом, например обрываются ветром, на главной ветви остаётся слегка вогнутая рана. Если мы хотим имитировать природу, нужно делать срез тоже слегка вогнутым. А затем место необходимо окрасить, желательно противогнилостным препаратом», — описывает процесс ботаник.

 

5

 

6

 

7

 

8

 

Некоторые деревья имеют полость в своём стволе, и её можно заполнить неорганическим материалом, чтобы помочь коре расти поверх этой полости, рассказывает эксперт из Австралии.

 

9

Так растёт новая кора, окаймляющая наполнитель из глиняного кирпича и цементного раствора. Без такого лечения кора не сможет покрыть незащищённую древесину.

 

Городским деревьям нужны хорошие условия для роста

 

А пока Минск не многим отличается от других городов, где при планировании меньше всего думают о деревьях, создавая для них плохие условия, иногда даже противоположные естественным. В суровой среде, по словам Дэвида, иммунная система насаждений подвержена стрессам, и они чаще болеют.

 

10

Деревьям для роста выделена совсем небольшая площадь

 

11

Основание дерева

 

12

Земля вокруг дерева голая, прибран не только мусор

 

Это фото Дэвид Браун прокомментировал так: «Если и убирать все листья, то тогда нужно снимать также слой земли вокруг каждого дерева. Вместо них следует положить 50-миллиметровый древесный настил. Он должен быть немного ниже уровня тротуара. Древесина сделает умеренной для почвы разницу высоких и низких температур и, медленно сгнивая, будет насыщать её микроорганизмами. Я считаю, что это оптимальное предложение по сохранности насаждений для климатических условий Беларуси».

 

13

 

Городской Лесничий: «Оценку экосистемных услуг почти не проводят»

 

Картирование в Минске преимущественно отражает аспекты, описанные Дэвидом Брауном. В рамках него горожане и участники кампании «Городской Лесничий» уже описали примерно 10% зелёных территорий столицы. Они определяют возраст насаждений, их состояние, указывают особенности, например дерево двухствольное, имеет дупло и т.д., которым надо уделить особое внимание. Информацию наносят на карту, где видна плотность насаждений и другие параметры.

 

«Эти данные нужны, чтобы не только подсчитать стоимость экосистемных услуг, но и понимать, какие деревья нуждаются в специальном уходе или достойны статуса памятника природы», — подчёркивает координатор кампании Игорь Корзун.

 

По его словам, основная проблема деревьев в Минске — механические повреждения стволов, сделанные техникой, а также недостаточный уход. В целом же сказывается несоблюдение норм для озеленения нижнего яруса, который не составляет и 10% от нормы.

 

При сборе данных за длительный период можно определить влияние глобального изменения климата. Ценность городских деревьев в денежном эквиваленте, по мнению Игоря, сегодня подсчитывается очень редко и не застрахует дерево от вырубки. Анализ состояния насаждений и причин их повреждения, как, например, после урагана летом 2016 года, также проводится крайне редко.

 

Анна Волынец, Зелёный Портал

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Читайте также: